Балкон

Mère des souvenirs, maîtresse des maîtresses,
Ô toi, tous mes plaisirs ! ô toi, tous mes devoirs !
Tu te rappelleras la beauté des caresses,
La douceur du foyer et le charme des soirs,
Mère des souvenirs, maîtresse des maîtresses !
Воспоминаний мать, возлюбленных царица,
Ты — все, чем я живу, что я люблю и чту.
Ты помнишь свой камин, тебе твой дом не снится,
Тех вечеров и ласк ты помнишь красоту,
Воспоминаний мать, возлюбленных царица?
Les soirs illuminés par l’ardeur du charbon,
Et les soirs au balcon, voilés de vapeurs roses.
Que ton sein m’était doux ! que ton coeur m’était bon !
Nous avons dit souvent d’impérissables choses
Les soirs illuminés par l’ardeur du charbon.
Твой дом и вечера, и жар от камелька,
Балкон — и вечера, и розовые дали.
Как ты была нежна и как была близка!
Друг другу сколько мы бессмертного сказали
В уютной тишине при свете камелька.
Que les soleils sont beaux dans les chaudes soirées !
Que l’espace est profond ! que le coeur est puissant !
En me penchant vers toi, reine des adorées,
Je croyais respirer le parfum de ton sang.
Que les soleils sont beaux dans les chaudes soirées !
О, час вечерних солнц, в нем все неизъяснимо!
Тогда безмерней даль! Всесильнее любовь!
Я обнимал в тебе все то, что мной любимо,
Я слышал, кáк твоя благоухает кровь.
О, час вечерних солнц — в нем все неизъяснимо!
La nuit s’épaississait ainsi qu’une cloison,
Et mes yeux dans le noir devinaient tes prunelles,
Et je buvais ton souffle, ô douceur ! ô poison !
Et tes pieds s’endormaient dans mes mains fraternelles.
La nuit s’épaississait ainsi qu’une cloison.
Спускался полог тьмы, но я уснуть не мог,
Мой взор угадывал твои ресницы рядом.
Я чувствовал в руке изгиб дремавших ног,
Твое дыханье пил, как мед, как чашу с ядом.
Спускался полог тьмы, но я уснуть не мог.
Je sais l’art d’évoquer les minutes heureuses,
Et revis mon passé blotti dans tes genoux.
Car à quoi bon chercher tes beautés langoureuses
Ailleurs qu’en ton cher corps et qu’en ton coeur si doux ?
Je sais l’art d’évoquer les minutes heureuses !
Я воскресить могу счастливые минуты.
В плену колен твоих забытые года.
Где красота твоя — пьянящий сок цикуты —
Иль не в душе твоей, не в теле — как всегда?
Я воскресить могу счастливые минуты.
Ces serments, ces parfums, ces baisers infinis,
Renaîtront-il d’un gouffre interdit à nos sondes,
Comme montent au ciel les soleils rajeunis
Après s’être lavés au fond des mers profondes ?
— Ô serments ! ô parfums ! ô baisers infinis !
О клятв, о запахов, объятий волшебство!
Вернется ли оно из пропастей бездонных,
Как солнце, в чистоте сиянья своего,
Встает, омолодясь в волнах пучин студеных.
О клятв, о запахов, объятий волшебство!
Оригинал стихотворения:
47
Нет комментариев. Ваш будет первым!