Сорокоуст

А. Мариенгофу

1

Трубит, трубит погибельный рог!
Как же быть, как же быть теперь нам
На измызганных ляжках дорог?
Вы, любители песенных блох,
Не хотите ль……

Полно кротостью мордищ праздниться,
Любо ль, не любо ль — знай бери.
Хорошо, когда сумерки дразнятся
И всыпают нам в толстые задницы
Окровавленный веник зари.

Скоро заморозь известью выбелит
Тот поселок и эти луга.
Никуда вам не скрыться от гибели,
Никуда не уйти от врага.
Вот он, вот он с железным брюхом,
Тянет к глоткам равнин пятерню,

Водит старая мельница ухом,
Навострив мукомольный нюх.
И дворовый молчальник бык,
Что весь мозг свой на телок пролил,
Вытирая о прясло язык,
Почуял беду над полем.

2

Ах, не с того ли за селом
Так плачет жалостно гармоника:
Таля-ля-ля, тили-ли-гом
Висит над белым подоконником.
И желтый ветер осенницы
Не потому ль, синь рябью тронув,
Как будто бы с коней скребницей,
Очесывает листья с кленов.
Идет, идет он, страшный вестник,
Пятой громоздкой чащи ломит.
И все сильней тоскуют песни
Под лягушиный писк в соломе.
О, электрический восход,
Ремней и труб глухая хватка,
Се изб древенчатый живот
Трясет стальная лихорадка!

3

Видели ли вы,
Как бежит по степям,
В туманах озерных кроясь,
Железной ноздрей храпя,
На лапах чугунных поезд?

А за ним
По большой траве,
Как на празднике отчаянных гонок,
Тонкие ноги закидывая к голове,
Скачет красногривый жеребенок?

Милый, милый, смешной дуралей,
Ну куда он, куда он гонится?
Неужель он не знает, что живых коней
Победила стальная конница?
Неужель он не знает, что в полях бессиянных
Той поры не вернет его бег,
Когда пару красивых степных россиянок
Отдавал за коня печенег?
По-иному судьба на торгах перекрасила
Наш разбуженный скрежетом плес,
И за тысчи пудов конской кожи и мяса
Покупают теперь паровоз.

4

Черт бы взял тебя, скверный гость!
Наша песня с тобой не сживется.
Жаль, что в детстве тебя не пришлось
Утопить, как ведро в колодце.
Хорошо им стоять и смотреть,
Красить рты в жестяных поцелуях, —
Только мне, как псаломщику, петь
Над родимой страной аллилуйя.
Оттого-то в сентябрьскую склень
На сухой и холодный суглинок,
Головой размозжась о плетень,
Облилась кровью ягод рябина.
Оттого-то вросла тужиль
В переборы тальянки звонкой.
И соломой пропахший мужик
Захлебнулся лихой самогонкой.

Год написания:
1920 год

Известный стихотворный текст 1920 г. часто попадает в поле зрения исследователей как произведение, предопределившее важные тенденции развития русской литературы XX в. Вошел в историю трогательный образ жеребенка, пытающегося состязаться в скорости с поездом. Гонка служит выражением противостояния коней живого и железного, конфликта природного мира и человеческого общества, которое избрало путь, отдаляющий людей от естественного начала.

Танатологическая тема задана заглавием поэмы и поддерживается многочисленными реминисценциями из библейского Апокалипсиса. Тревожный голос «погибельного рога», указанный в зачине, напоминает звучание страшного оркестра из семи труб, насылающего несчастья на землю и возвещающего о конце света. Образ поезда наделяется чертами апокалипсического зверя, который издает громкий скрежет и устрашающий храп.

Пророческие интонации проявляются начиная с первого эпизода: субъект речи с тревогой и горечью говорит о скором приходе беды. Назван источник опасности — враг «с железным брюхом». Агрессивный и быстрый, он уже наметил цель и готовится к наступлению. Изнеженным завсегдатаям литературных салонов не дано предугадать опасность. Безразличие эстетствующей публики провоцирует эпатажные выпады лирического «я», который в гневе обещает обществу окровавленную зарю. Гибель предчувствуют только те, кто привык жить по законам природы.

Зловещая атмосфера определяет характер деревенского пейзажа, представленного во второй части: жалостливый плач гармоники, вихри листопада, тоскливый аккомпанемент народных песен, лягушачий писк. Важным элементом картины является образ клена, с которого ветер счесывает листву. В образной системе Есенина он ассоциируется с обликом человека: в стихотворении «Я покинул родимый дом…» старый клен схож с головой лирического героя. Включая эту деталь в общую зарисовку, автор поэмы сообщает о принадлежности субъекта речи трагической доле русской деревни.

Центральное место третьей главки отведено эпизоду неравного состязания, упомянутого выше. За серией риторических вопросов следует философский вывод: система ценностей определяется временем, и каждая эпоха перекраивает их по-своему.

В четвертой части четко определена роль героя: он пророк и псаломщик, справляющий поминальную службу по гибнущей родине. Поэма завершается короткими фрагментами из деревенской жизни, в которых диссонансные ноты достигают кульминации. Мотив крови возвращает читателя к теме возмездия, обозначенной зачином, а финальный образ мужика-пьяницы символизирует безнадежность будущего крестьянского мира.

71
Нет комментариев. Ваш будет первым!

Другие стихи