Царскосельская статуя

Н.В.Н.
 
Уже кленовые листы
На пруд слетают лебединый,
И окровавлены кусты
Неспешно зреющей рябины,

И ослепительно стройна,
Поджав незябнущие ноги,
На камне северном она
Сидит и смотрит на дороги.

Я чувствовала смутный страх
Пред этой девушкой воспетой.
Играли на ее плечах
Лучи скудеющего света.

И как могла я ей простить
Восторг твоей хвалы влюбленной...
Смотри, ей весело грустить,
Такой нарядно обнаженной.

Октябрь, Севастополь
Год написания:
1916 год

В данном стихотворении тема поэта и поэзии переплетается с одноименным пушкинским произведением 1830 года. Анна Андреевна написала стихотворение о той же скульптуре, представив публике своё мастерство пейзажной лирики, которая отличается от пушкинского стихотворения тем, что образ природы психологизирован и насыщен ассоциациями:

Уже кленовые листы
На пруд слетают лебединый,
И окровавлены листы
Неспешно зреющей рябины...

Квинтэссенция ревности аккумулирует во второй строфе, где говорится об отвлеченной сопернице, красота которой непогрешима, но холодная (какой удобный эпитет, чтобы "придраться" к статуе) сущность которой постоянна:

И ослепительно стройна,
Поджав незябнущие ноги,
На камне северном она
Сидит и смотрит на дороги.

"На дороги" — на судьбы поэтов. Первые два четверостишия крайне импульсивны, поэтому последующая часть произведения не обладает такой настойчивостью, а обретает чисто иллюстративную функцию. Третья строфа пронизана лирическим "я":

Я чувствовала смутный страх
Пред этой девушкой воспетой.
Играли на ее плечах
Лучи скудеющего света.

Пушкин не мог описывать несовершенную красоту, поэтому теория о ревности здесь находит еще одно подтверждение, поскольку статуя предстает "девушкой воспетой", а не скульптурным произведением. Ахматова нарочно подбирает невыразительные эпитеты, дабы зафиксировать свое превосходство над статуей, подготавливая финальный удар, взрыв чувств:

И как могла я ей простить
Восторг твоей хвалы влюбленной...
Смотри, ей весело грустить,
Такой нарядно обнаженной.

Односложные слова имитируют захлебывающуюся речь, а два оксюморона подчеркивают смирение лирической героини, поскольку Пушкин посвятил не ей стихотворения, а лишь бронзовой статуе.

Поэтическое мастерство Ахматовой безупречно интерпретировало Пушкина как "метафизического" любовника. Столько парадоксальную идею Анна Андреевна воплотила в одном стихотворении, создав неповторимый шедевр.

+1
10
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Другие стихи