Декабрист

«Тому свидетельство языческий сенат,-
Сии дела не умирают»
Он раскурил чубук и запахнул халат,
А рядом в шахматы играют.

Честолюбивый сон он променял на сруб
В глухом урочище Сибири,
И вычурный чубук у ядовитых губ,
Сказавших правду в скорбном мире.

Шумели в первый раз германские дубы,
Европа плакала в тенетах,
Квадриги черные вставали на дыбы
На триумфальных поворотах.

Бывало, голубой в стаканах пунш горит,
С широким шумом самовара
Подруга рейнская тихонько говорит,
Вольнолюбивая гитара.

Еще волнуются живые голоса
О сладкой вольности гражданства,
Но жертвы не хотят слепые небеса,
Вернее труд и постоянство.

Все перепуталось, и некому сказать,
Что, постепенно холодея,
Все перепуталось, и сладко повторять:
Россия, Лета, Лорелея.

Год написания:
1917 год
Анализ стихотворения:

В начале 19 века группу русских дворян, участвовавших в организации восстания на Сенатской площади в Санкт-Петербурге, сослали на каторгу в Сибирь. Прошло почти 100 лет, и в 1917 году Осип Мандельштам посвятил свое стихотворение «Декабрист» добровольным каторжанам 20 века, которые выбрали путь отшельников только ради того, чтобы скрыться от суровой русской действительности.

История умалчивает о том, кто именно является прототипом героя этого произведения. Скорее всего, автором представлен собирательный образ русской интеллигенции. Точнее, людей, которые выбрали скитания, так как не в состоянии были навести порядок в том хаосе, который охватил Россию на пороге революции. Собственно говоря, сама революция уже произошла – царь отрекся от престола, и фактически власть перешла к сенату, который героя стихотворения Осипа Мандельштама именует языческим.

К своему персонажу у автора двоякое отношение. С одной стороны, он прекрасно понимает такой тип людей, которые искренне переживают за Россию. Однако персонажу стихотворения все же гораздо важнее собственные комфорт и душевное спокойствие, даже ценой отказа от жизни в столице. Сибирская глушь – именно то место, где можно чувствовать себя относительно безопасно и при этом претендовать на роль добровольного декабриста, который променял «честолюбивый сон» на сруб в тайге. Чубук вместо привычных папирос, чай – вместо изысканного пунша, и доверительные разговоры о будущем страны под уютно потрескивающие в русской печи дрова… Рисуя столь мирную картину, Мандельштам иронизирует над своим героем, показывая, что философскими рассуждениями о будущем и настоящем Россию не спасти.

Впрочем, автор подчеркивает, что подобные «декабристы» существовали во все времена, и пример тому – еще не закончившаяся Первая мировая война, когда «шумели в первый раз германские дубы» над могилами погибших солдат. По сути, общество разделилось на тех, кто пошел воевать, и тех, кто предпочел стать «декабристом» — оградить себя от ужасов войны даже ценой добровольной ссылки. Действительно, рассуждать на темы «вольности гражданства», сидя в теплой уютной избе, довольно приятно. Однако мир действительно катится в пропасть, и подобной жертвы в виде отшельничества «не хотят слепые небеса». Поэт предчувствует скорую кровавую развязку и понимает, что «все перепуталось». Но декабристы 20 века предпочитают закрывать на такие мелочи глаза, веря в благополучный исход, и «сладко повторять: Россия, Лета, Лорелея».

0
16
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!